Участие женщин в диссидентском движении

Участие женщин в диссидентском движении. Случай Ленинграда (1956-1986)

Эта статья Софьи Чуйкиной о женщинах в диссидентском движении: о мотивации участия и сценариях вовлечения, о разделении ролей, особенностях повседневной жизни диссидентов.

Исследование охватывает истории жизни трех групп участниц диссидентского движения: участниц подпольных групп (преимущественно 1956-65 гг.), оппозиционных кругов (1965-85 гг.) и участниц феминистской группы (1979-82 гг.).

Идеи некоторых классиков радикального феминизма

«Радикальные феминистки — это движущая сила северо-американского женского движения. Их идеи и подходы охватывают большое количество проблем, при этом про одни из этих идей и подходов вспоминают чаще, чем про другие. Радикальный феминизм приобрёл в некотором смысле дурную славу благодаря тому, что у его активисток нет какой-то единой проблемы, над которой они бы все работали. Их группы достаточно малы, но активистки при этом берутся за все темы, по которым женщины угнетены или исключены. Со стороны это производит такое впечатление, будто они очень сильно распыляются по разным направлениям».

image

Статья об идеях Кейт Миллет, Мери Дейли и Анны Кёдт — здесь.

Оригинальный текст по-английски — Some Ideas From a Few Radical Feminists.

Перевод: радикально-феминистская фракция РФО «ОНА».

Ненависть к женщине в русской утопической философии

На рубеже XIX-XX веков, когда передовые силы России потребовали женской эмансипации и равенства полов, русские философы Фёдоров, Соловьев, Бердяев и др. этого движения не поддержали. Напротив, они обрушились с атакой на женщину и «злую женственность», в которых видели главное препятствие для осуществления своей мечты о совершенном человечестве.

Продолжение — Ненависть к женщине в русской утопической философии

Блокадный дневник. Ольга Берггольц

Для Ольги Берггольц дневник был ее творческой мастерской. Если мы посмотрим на оглавление ее произведений, то там есть «Стихи из дневника», знаменитый «Февральский дневник», «Дневные звезды», которые насквозь дневниковая проза. Она вообще без него не могла существовать и вела его постоянно. Умудряясь описывать невозможное: смерть дочери Ирины, собрания и аресты, состояние отупляющего голода, гибель мужа, свидания с Георгием Макогоненко — при этом у меня, как у читателя, возникает ощущение, что она смотрит на себя со стороны, как на чужого человека.

Полина Барскова поговорила с Натальей Громовой, подготовившей к печати блокадный дневник Ольги Бернгольц